Куль-Оба

Куль-Оба

 

Власова Е.В.
"Открытие кургана Куль-Оба"

Власова Е.В.
"Куль-Оба"

Власова Е.В.
"Куль-Оба. О характере погребения второй половины I в. до н.э. - начала I в. н.э. (по данным эпиграфики)"

Грач Н.Л.
"Пластинчатые браслеты из кургана Куль-Оба"

Маразов И.
"К толкованию изображения на арибалле из кургана Куль-Оба"

Реклама

Куль-Оба

Власова Е.В. Боспорские исследования, вып. XIII. 2006. С. 47-52.

 

В 1830 г. в 6 км к юго-западу от Керчи был открыт курган с коллективным захоронением, названный татарским населением "Куль-Оба". В рапорте Поля Дюбрюкса1, который раскопал курган, о его названии написано следующее: "Куль-Оба - огромного размера курган, расположенный в ряду холмов, упирающихся в Митридатову Гору. Он съиздавна был известен под этим названием, которое в буквальном смысле значит "гора пепла" и, таким образом, кажется, сохранилось тайное предание о событии, памятники которого скрывались в кургане" [ДБК, с. XIV]2. С тех пор в литературе название кургана обычно переводится как "гора пепла", "пепельная гора", а также "холм пепла" и даже "земля пепла" [Ашик, 1848. Ч. II, с. 29].

Это название тюркского происхождения. Слово "кюль" означает "пепел", "зола". Слово "оба" означает "холм" и применяется, главным образом, для обозначения искусственных холмов, возвышенностей культового характера. Естественные горы обозначаются словом "даг" (например, Аю-Даг, Кара-Даг, Чатыр-Даг). В тюркских языках существительное, поставленное в позицию определения, как в случае с названием "Куль-Оба", переводится на русский язык как прилагательное. Т.е. слово "кюль" в названии кургана означает цвет - пепельный, зольный, т.е. Куль-Оба - "пепельный холм". Термин "оба" включен в названия и других курганов Керченского полуострова, т.е. в названия искусственно созданных возвышенностей: например, "Юз-Оба" ("сто холмов"), "Алтын-Оба" ("золотой холм", который обычно называют "Золотой курган"), Кара-Оба ("черный холм"), Дорт-Оба ("четыре холма").

Правда, в архивных документах сохранилось единственное упоминание названия кургана с включением слова "даг" при совсем несоответствующем ему переводе. Оно дано в записке, представленной Д.В. Карейшей в Петербурге министру двора Его Величества князю Волконскому: "Местное начальство ... отрядило части нижних чинов Воронежского пехотного полка собирать потребный к построению камень на огромный курган, именуемый туземцами Кулодаг (то есть могильный холм), вершина коего состояла из насыпного щебня" (Архив ИИМК, д. 10, л. 38).

Но тот же самый Д.В. Карейша, первым сообщивший об открытии кургана Куль-Оба в газете "Одесский Вестник" (1830 г. No 88), указал правильное название: "... это довольно заметная гора, называемая татарами Кулоба, то есть пепельный курган, а некоторыми называемая рассыпным по бесчисленному количеству набросанного на вершине его мелкого камня". Термин "рассыпной" есть и в письме Керчь-Еникальского градоначальника И.А. Стемпковского, адресованного Е.Е. Кёлеру, заведующему 1-м отделением Эрмитажа (АГЭ. Оп.1, 1831 г., д. 19, л. )

Действительно, на поверхности холма находились, по крайней мере, два сооружения, сложенные из мелкого камня. Более подробное описание его внешнего вида дано Дюбрюксом: "Куль-Оба образует довольно крутое возвышение, особенно с юга. Длина его с востока на запад около 200 м, ширина - 40-62 м3. Вышина еще в древности увеличилась за счет множества камней разной величины, которыми он весь покрыт. На восточной оконечности было две насыпи из камней без следов растительности и покрытых другими камнями с орех величиной, совсем почерневшими от времени, что делало их, скорее, похожими на вулканические возвышения, чем на погребальные курганы" [ДБК, с. XVI].

Вероятно, татарское население название "Куль-Оба" понимало не как "пепельный холм" в буквальном значении слова, а как доминирующую в этой местности возвышенность, на которой располагались "оба" - культовые "горки", возвышения, т.е. курганы, покрытые камнями серого, пепельного цвета.4 Одна из них и содержала знаменитое погребение, которое мы называем курганом Куль-Оба.

Принято считать, что курган Куль-Оба был открыт случайно, но это не соответствует действительности. Из рапорта Дюбрюкса мы узнаем, что за несколько дней до открытия склепа И.А. Стемпковский предложил ему посмотреть холм Куль-Оба, где солдаты собирали камень. Осмотрев курган в восточной оконечности холма, Дюбрюкс предположил наличие там гробницы со входом с северной стороны, о чем сказал Стемпковскому. Рабочие начали раскапывать курган. Во время этих работ конструкция погребального сооружения была повреждена, и произошло его разрушение.

И хотя работать стало гораздо труднее, Дюбрюкс старался зафиксировать все детали. Так, например, он обратил внимание на вход в погребальную камеру, который был заложен большими камнями только наполовину, а затем камнями среднего размера, причем все они не были скреплены раствором. Этот факт наводит на мысль о том, что захоронения в склепе совершались неоднократно. Этим можно объяснить невероятную плотность и тесноту находок в склепе, которые Дюбрюкс тщательно фиксировал. Он сообщил размеры отдельных вещей, и эти цифры абсолютно соответствует оригиналу. Точность, достоверность его сведений не вызывает сомнения.

В каменном склепе кургана Куль-Оба, состоящем из короткого дромоса и четырехугольной камеры с уступчатым пирамидальным сводом, было четыре погребения [ДБК. I, с.6-16, IX-LI; Gavignet, Ramos, Schiltz, 2000; Ашик, 1848. II, с. 29-33; Гайдукевич, 1949, с. 267-277; Gajdukevič, 1971, S. 283-289; Артамонов, 1966, с. 62-66; Artamonow, 1970, S. 69-74; Уильямс, Огден, 1995, с. 136-151; Grač, 1997, S. 155-157; Власова, 1999, с.45-48; Власова, 2000, с. 27-33; Власова, 2005, с. 61-65; Тункина, 2002, с. 161-173].

Значительную часть погребальной камеры занимал деревянный саркофаг. В нем находился остов мужчины головой на запад. Его войлочный головной убор был украшен золотыми пластинами, одежда - золотыми бляшками; на шее погребенного была золотая гривна, на руках и ногах - золотые браслеты. Рядом лежало оружие в золотых обкладках, кнемиды, черный камень с золотой втулкой и другое снаряжение. П.А. Дюбрюкс называл этого погребенного "царем".

Рядом с саркофагом была погребена женщина, которая покоилась на клине [Сокольский, 1969, с. 27-28; Сокольский, 1971, с. 89-91]. Её погребальный наряд изобиловал золотом: на голове - пышный головной убор с диадемой, на шее - ожерелье и гривна, на груди - пара подвесок с головой Афины, три серьги, выполненные в микротехнике, на руках - браслеты, у головы - бронзовое зеркало с золотой обкладкой, между колен - сосуд с изображением скифов, а также бляшки.

Вдоль южной стены лежал мужской остов, который, возможно, покоился на клине [Сокольский, 1971, с. 90]. Вокруг него были рассеяны золотые бляшки, а за его головой в специально сделанном углублении лежали кости лошади и предметы воинского снаряжения.

Вдоль стен погребальной камеры располагались серебряные и бронзовые сосуды, амфоры.

При ограблении склепа у входа под плитами пола камеры была открыта могила, которую часто называют "тайником". Её размеры: длина - более трех аршин (213 см), ширина - 1 аршин (71 см), глубина - 1 аршин (71 см). Она была вырыта в желтой глинистой почве и не окружена камнями. В черной рыхлой земле, заполнявшей могилу, находился мужской остов головой на запад, и при нем - золотые веши, в том числе гривна, обивка горита, бляха в виде оленя, а также наконечники стрел и железные копья. Состав сопроводительного инвентаря свидетельствует о высоком социальном положении погребенного.

Дюбрюкс узнал об этом событии от одного из грабителей - грека Дмитрия Бавро. Тот показал доставшиеся ему при ограблении золотые вещи: часть гривны с львиной головкой на конце и бляху в виде оленя. Дюбрюкс также видел несколько фрагментов золотой обкладки футляра для горита с барельефами, как он отмечает, одетых фигур, сходными с найденными возле "царя". Другие вещи пропали; некоторые из них были вывезены за пределы России. Например, золотые бляшки из Куль-Обы имеются в Британском музее, в музеях Германии и США.

С открытием этого комплекса встал вопрос о том, кто погребен в кургане Куль-Оба. Дюбрюкс первым отметил скифский характер коллективного царского захоронения и увидел в нем иллюстрацию к рассказам Геродота (Hrd. IV 70-71) [ДБК, с. XXVI; Gavignet, Ramos, Schiltz, p. 362]. Эта версия была поддержана многими исследователями. Появилась также версия, что главный погребенный в кургане Куль-Оба - боспорский царь [Dubois de Montpereux, 1843, V; Neumann, 1855].

В.Ф. Гайдукевич отметил, что "в Куль-Обе скифский погребальный ритуал носит явные следы греческого культурного влияния". По его мнению, главный погребенный - один из "номархов, поддерживавших дружественные взаимоотношения с Боспором". Он также отметил, что подобное погребение было также открыто на рубеже 1820-1821 гг. в кургане Патиниоти5, расположенном близ Куль-Обы [Гайдукевич, с. 274-277; Gajdukevič, S. 286-289]. Дата погребения в кургане Патиниоти - "не ранее середины IV в. до н.э." [Тункина, 2002, с. 549].

Первоначально комплекс воспринимали как одновременное погребение трех человек. В 1978 г. в докладе в Эрмитаже Н.Л. Грач высказала мнение о том, что Куль-Оба - многократный погребальный комплекс [см.: Grač, 1997]. На это указывает отсутствие раствора в каменной кладке, закрывавшей вход в камеру, т. е. камни легко разбирались и собирались при очередном захоронении. На это также указывает теснота в склепе и плотность находок. Это мнение поддержали другие исследователи [Яковенко, 1985, с. 320, 324, 386; Мозолевський, 1979, с. 164 примечание].

Н.Л. Грач отметила, что для V-IV вв. до н. э. однократный погребальный обряд нескольких человек не характерен и не встречается на территории Северного Причерноморья ни у греков, ни у скифов. В это время на Боспоре выступает смешанный греко-варварский мир; это проявляется и в погребальном обряде.

Неоднократность основных погребений была зафиксирована в скифском "царском" кургане Толстая Могила, где после погребения царя в боковой могиле последовательно были захоронены царица и ребенок. Центральная камера Александропольского кургана служила для погребения дважды. Многократными были погребения рядового скифского населения восточного Крыма: склепы с дромосами и каменные ящики служили семейными усыпальницами, в которых последовательно подзахоранивались родственники. Неоднократность коллективных захоронений и отсутствие обычая сопроводительного убийства женщины зафиксированы при исследовании курганов азиатского пояса степей [Грач, 1980, с. 52-53].

В V в. до н.э., в некрополях с местными чертами погребального обряда, как, например, в Нимфее [Силантьева, 1959, с. 5-107] или в Семибратних курганах [Vlasova, 2005], также были только однократные и индивидуальные захоронения. Т.е., ни у греческого населения Боспора, ни у местных племен, обитавших на Таманском полуострове - синдов, ни у эллинизованных варваров /скифов?/ Нимфея нет коллективного погребального обряда с жертвоприношениями точно так, как нет обычая подхоранивать родственников.

Для погребального обряда греков не были свойственны коллективные захоронения. Захоронения в боспорских курганных некрополях - индивидуальные. В камерах склепов с уступчатыми перекрытиями, открытых в курганах на хребте Юз-Оба, где, по общему мнению исследователей, в IV в. до н.э. захоранивалась пантикапейская знать, всегда стоит саркофаг с одним человеком. Под насыпью кургана Большая Близница на Тамани, где, очевидно, было родовое жреческое кладбище, открыто несколько гробниц, совершенно независимых друг от друга.

По-видимому, курган Куль-Оба следует рассматривать как фамильную усыпальницу, захоронения в которой совершались последовательно одно за другим; одним из них было погребение под плитами пола, инвентарь которого свидетельствует о высоком социальном положении умершего. Эти погребения, вероятно, принадлежат лицам высшей скифской касты.

Опираясь на находки, курган Куль-Оба разные исследователи датировали по-разному: от V до II вв. до н.э. Так, например, А. Фуртвенглер считал, что под курганом было два разновременных захоронения: под плитами пола - V в. до н.э., в склепе - IV в. до н.э. [Furtwengler, 1883, S. 18; Furtwengler, 1912, S. 482]. А.А. Передольская датировала весь курган концом V в. до н.э. [Передольская, 1945, с.70, 73]. Б.В. Фармаковский относил его ко II в. до н.э. [Фармаковский, 1911, с. 118; Фармаковский, 1913, с. 9; Фармаковский, 1914, с. 681]. М.И. Артамонов высказывался за середину - третью четверть IV в. до н. э. [Артамонов, 1968, с. 10; Артамонов, 1966, с. 66], Б. Свобода - за вторую половину IV в. до н.э. [Svoboda, 1956, S. 56]. Большинство ученых датировало курган различными периодами IV в. до н.э. или рубежом IV- III вв. до н.э. [Rostowzew, 1930, S. 340; Гайдукевич, 1949, с. 267-277; Gajdukevič :971,S. 283-289].

По мнению Н.Л. Грач [Grač, 1997, S. 157], дата последнего захоронения в кургане определяется по найденной там фасосской амфоре с клеймом, относящимся к 345-335 гг. до н.э. [Debidour, 1986, р. 330].

 

Примечания:

 

1. АГЭ.Оп.1,1831 г., д.19,с. 82-100; значительная часть отчета опубликована в ДБК,с.6-16,.1Х-1Л. Текст отчета Дюбрюкса, посланный во Францию, опубликован Gavignet, Ramos, Schiltz, 2000.

2. Перевод Ф. Жиля.

3. Размеры, данные в саженях в тексте, переведены в метры.

4. Действительно, этот холм доминирует в данной местности, и на нем установлен триангуляционный знак. На нем по-прежнему видны две "горки", которые нарисовал на плане и упомянул в отчете Поль Дюбрюкс; но камень, которым холм был покрыт, отсутствует. Издали возвышенность воспринимается как "лысая". Сейчас к ней вплотную приблизились дачные участки.

5. Курган Патиниоти по юлианскому календарю открыт 31.12.1820, а по григорианскому календарю 12.01.1821. Наиболее полная информация о кургане собрана И.В. Тункиной [2002, с. 547-552].

 

Литература

 

Артамонов М.И. Сокровища скифских курганов в собрании Государственного Эрмитажа. Прага-Л., 1966.

Артамонов М.И. Куль-Обский олень // Античная история и культура Средиземноморья и Причерноморья. Л., 1968.

Ашик А.Б. Воспорское царство. Одесса, 1848.

Власова Е.В. Поль Дюбрюкс. Раскопки кургана Куль-Оба // Эрмитажные чтения памяти В.Ф. Левинсона-Лессинга. СПб, 1999.

Власова Е.В. Открытие кургана Куль-Оба // Пантикапей - Боспор - Керчь - 26 веков древней столице. Материалы международной конференции. Керчь, 2000.

Власова Е.В. Куль-Оба. О характере погребения // БЧ. Вып. VI. Керчь, 2005.

Гайдукевич В.Ф. Боспорское царство. М. - Л., 1949.

Грач А.Д. Древние кочевники в центре Азии. Л., 1980.

Древности Босфора Киммерийского. СПб, 1854. /ДБК/

Мозолевський Б.М. Товста Могила. КиЕв, 1979.

Передольская А.А. Слоновая кость из кургана Куль-Оба // ТОАМ ГЭ. Т. I. Л., 1945.

Силантьева Л.Ф. Некрополь Нимфея // МИА, 1959. Т.69. Сокольский Н.И. Античные деревянные саркофаги Северного Причерноморья. М., 1969.

Сокольский Н.И. Деревообрабатывающее ремесло в античных государствах Северного Причерноморья. М., 1971.

Тункина И.В. Русская наука о классических древностях юга России (XVIII - середина XIX в.). СПб, 2002.

Уильямс Д., Огден Д. Греческое золото. Ювелирное искусство классической эпохи V-IV века дон. э СПб, 1995.

Фармаковский Б.В. Золотые обивки налучий из Чертомлыцкого кургана и из кургана в м. Ильинцах // Сборник археологических статей, поднесенных графу А.А. Бобринскому. СПб, 1911.

Фармаковский Б.В. Новейшая датировка Карагодеуашхского кургана // ИТУАК. 1913. Вып. 50.

Фармаковский Б.В. Аканфовая ветвь на серебряном сосуде с Таманского полуострова // Сборник статей в честь проф. В.П. Бузескула. Харьков, 1914.

Яковенко Э.В. Скифы на Боспоре /диссертация на соискание ученой степени доктора исторических наук/. Чернигов, 1985.

Artamonow M.I. Goldschatz der Skythen in der Eremitage. Prag, 1970.

Debidour M. En classant les timbres thasiens // BCH. Suppl. 13. Paris, 1986.

Dubois de Montpereux F. Voyage autour du Caucase, chez les Tcherkesses et les Abkases, en Colchide, en Gêorgie, en Armênie et en Crimêe. Vol. V. Paris, 1843.

Furtwdngler A. Der Golgfund von Vettersfelde // Berliner Winckelmann - Programm. N9 43. Berlin, 1883.

Furtwengler A. Der Golgfund von Vettersfelde // Kleine Schriften. I. Munchen, 1912.

Gajdukevič, V.F. Das Bosporanische Reich.Berlin - Amsterdam, 1971.

Gavignet J.-P., Ramos E., Schiltz V. Paul Du Brux, Koul-Oba et les Scythes: presence de Paul Du Brux, Koul-Oba et les Scythes: présence de Paul Du Brux dans les archives francaises // Journal des Savants. Paris, juillet-décembre 2000.

Grač N. Der Kurgan Kul'-Oba. Zwei Gesichter der Eremitage. Band I. Die Skythen und ihr Gold. Bonn 1997.

Neumann K. Die Hellenen im Skythenlande. Berlin, 1855.

Rostowzew M. Skythien und der Bosporus. Berlin, 1930.

Svoboda B. Zur Geschichte des Rhytons // Svoboda В., Končev D. Neue Denkmäler Antiker Toreutik. Prag, 1956.

Vlasova E.V. Les kourganes des Sept-Fréres et les les Sindes // Etudes et Travaux. Warsaw, 2005. Vol. XX.

 


на главную

 webmaster

Rambler's Top100 Яндекс цитирования