Куль-Оба

Куль-Оба

 

Власова Е.В.
"Открытие кургана Куль-Оба"

Власова Е.В.
"Куль-Оба"

Власова Е.В.
"Куль-Оба. О характере погребения второй половины I в. до н.э. - начала I в. н.э. (по данным эпиграфики)"

Грач Н.Л.
"Пластинчатые браслеты из кургана Куль-Оба"

Маразов И.
"К толкованию изображения на арибалле из кургана Куль-Оба"

Реклама

О характере погребения второй половины I в. до н.э. - начала I в. н.э. (по данным эпиграфики)

Власова Е.В. Боспорские чтения-VI. 2005. С. 61-64.

 

В каменном склепе кургана Куль-Оба, состоящем из короткого дромоса и четырехугольной камеры с уступчатым пирамидальным сводом, было четыре погребения1. Значительную часть погребальной камеры занимал деревянный саркофаг. В нем находился остов мужчины головой на запад. Его войлочный головной убор был украшен золотыми пластинами, одежда - золотыми бляшками; на шее погребенного была золотая гривна, на руках и ногах - золотые браслеты. Рядом лежало оружие в золотых обкладках, кнемиды, черный камень с золотой втулкой и другое снаряжение. П.А. Дюбрюкс, проводивший раскопки, называл этого погребенного "царем".

Рядом с саркофагом была погребена женщина, которая покоилась на клине2. Ее погребальный наряд изобиловал золотом: на голове - пышный головной убор с диадемой, на шее - ожерелье и гривна, на груди - пара подвесок с головой Афины, три серьги, выполненные в микротехнике, на руках - браслеты, у головы - бронзовое зеркало с золотой обкладкой, между колен - сосуд с изображением скифов, а также бляшки.

Вдоль южной стены лежал мужской остов, который, возможно, покоился на клине3. Вокруг него были рассеяны золотые бляшки, а за его головой в специально сделанном углублении лежали кости лошади и предметы воинского снаряжения.

Вдоль стен погребальной камеры располагались серебряные и бронзовые сосуды, амфоры.

При ограблении склепа у входа под плитами пола камеры была открыта могила, которую часто называют "тайником". Ее размеры: длина - более трех аршин (213 см), ширина - 1 аршин (71 см), глубина - 1 аршин (71 см). Она была вырыта в желтой глинистой почве и не окружена камнями. В черной рыхлой земле, заполнявшей могилу, находился мужской остов головой на запад, и при нем - золотые вещи, железные копья и наконечники стрел. Состав сопроводительного инвентаря свидетельствует о высоком социальном положении погребенного.

Дюбрюкс узнал об этом событии от одного из грабителей - грека Дмитрия Бавро. Тот показал доставшиеся ему при ограблении золотые вещи: часть гривны с львиной головкой на конце и бляху в виде оленя. Дюбрюкс также видел несколько фрагментов золотой обкладки футляра для горита с барельефами, как он отмечает, одетых фигур, сходными с найденными возле "царя". Другие вещи из Куль-Обы пропали; некоторые из них были вывезены за пределы России.

С открытием этого комплекса встал вопрос о том, кто погребен в кургане Куль-Оба. Дюбрюкс первым отметил скифский характер коллективного царского захоронения и увидел в нем иллюстрацию к рассказам Геродота (Her. IV. 70-71 ).4 Эта версия была поддержана многими исследователями.

Появилась также версия, что главный погребенный - боспорский царь.5

В.Ф. Гайдукевич отметил, что "в Куль-Обе скифский погребальный ритуал носит явные следы греческого культурного влияния". По его мнению, главный погребенный - один из "номархов, поддерживавших дружественные взаимоотношения с Боспором". Он также отметил, что подобное погребение было открыто в 1821 г. в расположенном близ Куль-Обы кургане Патиниоти.6

Первоначально комплекс воспринимали как одновременное погребение трех человек. В 1978 г. в докладе в Эрмитаже Н.Л. Грач высказала мнение о том, что Куль-Оба - многоактный погребальный комплекс.7 На это указывает отсутствие раствора в каменной кладке, закрывавшей вход в камеру, т. е. камни легко разбирались и собирались при очередном захоронении. На это также указывают теснота в склепе и плотность находок. Это мнение поддержали другие исследователи.8

Н.Л. Грач отметила, что для V-IV вв. до н.э. одноактный погребальный обряд нескольких человек не характерен и не встречается на территории Северного Причерноморья ни у греков, ни у скифов. В это время на Боспоре выступает смешанный греко-варварский мир, что проявляется и в погребальном обряде.

Неодноактность основных погребений была зафиксирована в скифском "царском" кургане Толстая Могила, где после погребения царя в боковой могиле последовательно были захоронены царица и ребенок. В курганах Верхний Рогачик и Мелитопопьском центральным было женское погребение, а погребение мужчины - впускным. При каждом погребении вырывалась своя шахта, а курган подвергался досыпке. Центральная камера Александропопьского кургана служила для погребения дважды.

Многоактными были погребения рядового скифского населения восточного Крыма: склепы с дромосами и каменные ящики служили семейными усыпальницами, в которых последовательно подзахоранивались родственники.

Неодноактность коллективных захоронений и отсутствие обычая сопроводительного убийства женщины зафиксированы при исследовании курганов азиатского пояса степей.9

Для погребального обряда греков не были свойственны коллективные захоронения. Захоронения в боспорских курганных некрополях - индивидуальные. В камерах склепов с уступчатыми перекрытиями, открытых в курганах на хребте Юз-Оба, где, по общему мнению исследователей, в IV в. до н.э. захоранивалась пантикапейская знать, всегда стоит саркофаг с одним человеком. Под насыпью кургана Большая Близница на Тамани, где, очевидно, было родовое жреческое кладбище, открыто несколько гробниц, совершенно независимых друг от друга.

В более раннее время, в V в. до н.э., в некрополях с местными чертами погребального обряда, как, например, в Нимфее или в Семибратних курганах, также были только одноактные и индивидуальные захоронения. Т.е., ни у греческого населения Боспора, ни у местных племен, обитавших на Таманском полуострове - синдов, ни у эллинизованных варваров /скифов?/ Нимфея нет коллективного погребального обряда с жертвоприношениями точно так же, как нет обычая подхоранивать родственников.

По-видимому, курган Куль-Оба следует рассматривать как фамильную усыпальницу, захоронения в которой совершались последовательно одно за другим; одним из них было погребение под плитами пола, инвентарь которого свидетельствует о высоком социальном положении умершего.

Опираясь на сделанные находки, курган Куль-Оба разные исследователи датировали по-разному: от V до II вв. до н.э. Так, например, А.Фуртвенглер считал, что под курганом было два разновременных захоронения: под плитами пола - V в. до н.э., в склепе - IV в. до н.э.10 А.А. Передольская датировала весь курган концом V в. до н.э.11 Б.В. Фармаковский относил его ко II в. до н.э.12

 

Литература

 

1. Древности Босфора Киммерийского I. СПб 1854, с 6-16. IX-L.I. Далее - ДБК. Gavignet J.-P., Ramos Е., Schiltz V. Paul Du Brux. Koul-Oba et les Scythes présence de Paul Du Brux, Koul-Oba et les Scythes: présence de Paul Du Brux dans les archives francaies. Journal des Savants. Paris juillet-décembre 2000. p.323-374; Ашик А.Б. Воспорское царство. II. Одесса 1848, с. 29-33; Гайдукевич ВФ. Боспорское царство. М-П. 1949. с. 267-277; Gajdukevič V.F. Das Bosporanischе Reich. Berlin-Amsterdam. 1971, S. 283-289; Артамонов М.И. Сокровища скифских курганов в собрании Государственного Эрмитажа. Прага-Л. 1966. с. 62-66; Artamonow M.l. Goldschatz der Skythen in der Eremitagе. Prag. 1970. S. 69-74; Уильямс Д., Огден Д. Греческое золото. Ювелирное искусство классической эпохи V-IV века до н.э. СПб. 1995. с. 136-151. Grač N. Der Kurgan Кul`-Оba. Zwei Gesichter der Eremitage. Band I. Die Skythen und ihr Gold. Bonn. 1997. S. 155-157; Власова Е.В. Поль Дюбрюкс. Раскопки кургана Куль-Оба. Эрмитажные чтения памяти В.Ф. Левинсона-Лессинга. СПб. 1999, с. 45-48; Власова Е.В. Открытие кургана Куль-Оба. Пантикапей - Боспор - Керчь - 26 веков древней столице. Материалы международной конференции. Керчь. 2000. с. 27-33; Тункина И.В. Русская наука о классических древностях юга России (XVIII - середина XIX в.). СПб. 2002. с. 161-173.

2. Сокольский Н.И. Античные деревянные саркофаги Северного Причерноморья. М. 1969, с. 27-28; он же. Деревообрабатывающее ремесло в античных государствах Северного Причерноморья. М. 1971, с. 89-91.

3. Сокольский 1971, с.90.

4. ДБК, с. XXVI; Gavignet J.-R., Ramos E., Schiltz, р.362.

5. F. Dubois de Montpеrеux. Voyage autotir du Caucase ... еt en Crimee. V, Paris. 1843; Neumann К. Die Hellenen im Skylhenlande. Berlin. 1855.

6. Гайдукевич, с 274-277; Gajdukevič. S. 286-289. Курган Патиниоти: Тункина, с. 547-552.

7. Напечатано: Grau.

8. Яковенко Э.В. Скифы на Боспоре /диссертация на соисканио уч. ст.д-ра ист.наук/. Чернигов. 1985, с. 320. 324. 386; Мозолевський Б.М Товста Могипа. Kuïв. 1979. с. 164, примечание.

9. Грач А.Д. Древние кочевники в центре Азии. Л. 1980, с. 52-53.

10. Furtwengler A. Der Golgfund von Vettersfelde. Berliner Winckelmann-Programm, 43, Berlin. 1883. S.18 = Kleine Schrinften. I. Мuenchen. 1912, S. 482

11. Передольская А А. Слоновая кость из кургана Куль-Оба. ТОАМ ГЭ, I, Л 1945. с. 70. 73.

12. Фармаковский Б.В. Золотые обивки налучий из Чертомлыцкого кургана и из кургана в м. Ильинцах. Сборник археологических статей, поднесенных графу А.А. Бобринскому. СПб. 1911, с.118; он же. Новейшая датировка Карагодеуашхского кургана. ИТУАК 50, 1913, с.9; он же. Аканфовая ветвь на серебряном сосуде с Таманского полуострова. Сборник статей в честь проф. В.П Бузескула, Харьков. 1914, с.681.

 


на главную

 webmaster

Rambler's Top100 Яндекс цитирования